24 Декабрь 2010

В среду, 22 декабря 2010 года, в Независимом пресс-центре в Москве состоялись очередные "страсбургские посиделки".

Это круглый стол, который ежемесячно проводится адвокатами Центра содействия международной защите. В сфере внимания его участников - новшества в практике Европейского Суда по правам человека. Нынешние "посиделки" можно назвать итоговыми вдвойне. Во-первых, на них были подведены итоги 2010 года. А во-вторых, совсем недавно - 19 декабря - Центр содействия международной защите отметил свое 16-летие.

В дискуссии приняли участие адвокаты Центра - Каринна Москаленко, Анна Ставицкая, Оксана Преображенская, Елена Липцер, Мария Самородкина и Дмитрий Аграновский.



"У кого-то может сложиться впечатление, что мы помогаем только известным людям. Это не так. В центре наших интересов всегда маленький, несчастный, беззащитный человек", - заявила Каринна Москаленко. Многие наши сограждане добились справедливости, только благодаря юристам Центра. Так, в этом году на их долю пришлось 40 выигранных дел из 250, которые были рассмотрены в Страсбурге, что составляет 15 процентов. При этом Центр, что особо важно, оказывает свои услуги бесплатно для заявителя. Правовое просвещение - это одна из задач "страсбургских посиделок". Не стало исключением и прошедшее в среду собрание.

Так, Каринна Москаленко обратила внимание на то, что граждане из-за незнания нередко пропускают предельный срок обращения в ЕСПЧ. Он составляет шесть месяцев с момента последнего судебного решения, вынесенного в результате эффективной судебной процедуры. Такой процедурой считается кассационная жалоба, а отнюдь не надзорная, как некоторые полагают. Обращаться же в надзорную инстанцию можно и после подачи жалобы в Страсбург. Кроме того, Каринна Москаленко подчеркнула, что сам по себе факт отмены незаконных судебных решений внутри страны в результате решения ЕСПЧ не должен лишать человека статуса жертвы. "Отмена или новое рассмотрение дела - это вовсе еще не гарантия восстановления прав заявителя", - отметила она.

Это утверждение Оксана Преображенская проиллюстрировала на печальном примере дела "Тимергалиев против России", решение по которому ЕСПЧ принял в 2008 году. Заявитель, осужденный за уголовное преступление, пожаловался на нарушение его права на справедливое судебное разбирательство, гарантированного статьей 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В результате удовлетворения этой жалобы Президиум Верховного Суда РФ изменил приговор.

Но Тимергалиев был лишен возможности участвовать в судебном заседании, поскольку страдает дефектом слуха (на одно ухо он глух, а второе слышит лишь на 50 процентов). В итоге осужденный не знает, какое решение было вынесено Президиумом, не знает, был ли у него адвокат, а если да, то знакомился ли тот с материалами дела, известна ли ему позиция своего подзащитного. По словам Оксаны Преображенской, единственное, что понял Тимергалиев - это то, что ему смягчили наказание, но насколько и по какому пункту обвинения - тоже неизвестно. В настоящее время Центр содействия международной защите продолжает оказывать юридическую помощь Тимергалиеву.

Нередко адвокаты Центра в буквальном смысле спасают жизни людей. Примером этого может служить дело "Гладышев против России", которое Елена Липцер считает одним из самых удачных в своей практике.

В мае 2001 года сотрудник милиции Костромской области остановил автомобиль Гладышева, который якобы управлял им в нетрезвом виде, и составил рапорт об административном правонарушении. На утро следующего дня к Гладышеву домой пришли работники правоохранительных органов, забрали его и доставили в местное ОВД. Там Гладышева стали избивать, требуя признаться в убийстве остановившего его машину милиционера. В итоге обвиняемый подписал явку с повинной. Она стала главным и едва ли не единственным основанием для приговора: 18 лет лишения свободы.

Впоследствии Гладышев заявил, что оговорил себя под давлением, и пожаловался в Страсбург. ЕСПЧ постановил, что в отношении заявителя российский суд нарушил 3 ("запрет пыток") и 6 статьи Европейской Конвенции. Дело Гладышева было пересмотрено в России судом присяжных, полностью его оправдавшим.

Как призналась Елена Липцер, отсидевший 9,5 лет из назначенных 18-ти Гладышев уверен, что погиб бы в тюрьме. Ведь этот человек страдает целым "букетом" заболеваний и далеко не молод: ему 70 лет.

Еще один пример спасения адвокатами Центра человека - дело о незаконной экстрадиции в Таджикистан Мухамадрузи Искандерова, жалобой в ЕСПЧ которого занималась Анна Ставицкая. Решение по этому делу, вынесенное в Страсбурге 23 сентября 2010 года, уникально. Суд признал, что таджикского оппозиционного политика похитили российские спецслужбы, вывезли в Таджикистан и передали местным властям, которые отправили его за решетку. Там жизнь Искандерова оказалась под угрозой: по данным Анны Ставицкой и других экспертов, в Таджикистане применяют пытки. Анна Ставицкая называет это решение беспрецедентным потому, что обычно доказать причастность к подобным похищениям российских властей крайне сложно.

История Мухамадрузи Искандерова началась в декабре 2004 года. Находясь в московском СИЗО №4, он направил в Федеральную миграционную службу России ходатайство о предоставлении статуса беженца. Кроме того, Искандеров написал в Генеральную прокуратуру РФ прошение не выдавать его в Таджикистан. Оппозиционер объяснил, что преследуется таджикскими властями по политическим мотивам. Но статуса беженца Искандаров не добился. Вместо этого 4 апреля 2005 года он был неожиданно отпущен из-под стражи Бабушкинским районным судом Москвы.

Вечером 15 апреля, когда Искандеров выгуливал свою собаку, его задержали люди в форме сотрудников ГИБДД, надели наручники и увезли на машине. Все это происходило таким образом, что Искандеров решил, будто его похитили бандиты с целью последующего выкупа. Однако через день Искандерова самолетом выслали в Душанбе.

Интересно, что доказательством для ЕСПЧ причастности к похищению Искандерова российских силовиков стало заявление таджикских властей. На запрос управления Верховного комиссара ООН МИД Таджикистана ответил, что Искандаров был официально выдан таджикской стороне правоохранительными органами РФ. Хотя Мухамадрузи Искандеров по-прежнему удерживается в Таджикистане, жизнь этого человека сейчас находится в значительно меньшей опасности, так как к нему привлечено внимание европейских правовых институтов. Впрочем, ставить точку в истории Искандерова еще рано. Анна Ставицкая продолжает добиваться возвращения своего подзащитного в Россию.

"Государство, которое смеет кого-то осуждать, должно иметь в виду, что тайное становится явным", - резюмировала Каринна Москаленко. По ее мнению, когда власти от дела к делу, мало помалу разрушают в отношении себя самих "презумпцию добросовестности", всем последующим заключенным будет легче выигрывать дела в ЕСПЧ.



В свою очередь Дмитрий Аграновский рассказал о деле "Сяркевич против России". По нему в этом году началась процедура коммуникации: ЕСПЧ направил правительству РФ вопросы по жалобе, составленной адвокатом.

Евгений Сяркевич был осужден Сахалинским областным судом в мае 2006 года. Как считает осужденный, в отношении него была нарушена 6 статья Конвенции. Его доводы ЕСПЧ счел весомыми.

Например, судьи Страсбургского суда спросили, насколько уместно было оглашать признательные показания покончившего с собой обвиняемого в качестве "свидетеля". Также ЕСПЧ заинтересовался, насколько совместимо с требованиями статьи 6 Конвенции оглашение показаний потерпевших и свидетелей, не явившихся в суд без уважительных причин.

Особый интерес этого дела состоит в том, что подзащитный Дмитрия Аграновского был осужден судом присяжных.

"У нас в России, по нашей удивительной практике, кассационные инстанции не хотят ставить под сомнение правильность выводов суда присяжных", - пояснил юрист.

По мнению Каринны Москаленко, положительное решение ЕСПЧ по жалобе Евгения Сяркевича создало бы важный прецедент для "громких" уголовных дел в отношении Игоря Сутягина [1] и Алексея Пичугина [2]. Как известно, обвинительные приговоры по ним тоже были вынесены судами присяжных. При этом не только адвокаты, но и независимые наблюдатели отмечали многочисленные грубые нарушения закона в ходе следствия, судебных разбирательств и несправедливость решений и в отношении этих людей.